bumerang777 (bumerang777) wrote,
bumerang777
bumerang777

Categories:

Психиатр Геннадий Зильберблат: До 30% населения Украины считается психически больным


В последнее время участились убийства детей, поражающие своей жестокостью. Самое страшное то, что убийцами являются родители. Что провоцирует их нарушить один из основных инстинктов – инстинкт продолжения рода? Ответ на этот и многие другие вопросы «МБ» дал главный психиатр Киевской области – Геннадий Зильберблат, генеральный директор коммунального учреждения Киевского областного совета «Областноепсихиатрическо-наркологическое медицинское объединение».

Не проходит недели, чтобы не произошло новое жуткое убийство. Последний резонансный случай: киевляни зарезал своего ребенка, после чего поджег квартиру. По словам обвиняемого, он решился на это из-за ссоры с бывшей супругой. По данным СМИ, мужчина до того успел отслужить в армии и периодически злоупотреблял алкоголем. Но что могло произойти на самом деле, чтобы родной отец зверски расправился с малышом?

– Геннадий Михайлович, не проходит и недели, чтобы в СМИ не говорили о новом убийстве детей родителями. Что с людьми происходит?

Каждый случай нужно разбирать индивидуально. Диагноз может поставить психиатр, но последнюю точку в этом вопросе ставит судебно-психиатрическая экспертиза, и это декларируется законом. Но если говорить с психиатрической точки зрения — это не нормальные действия, потому что инстинкт матери и отца – очень сильный, приближенный к инстинкту продолжения рода.

фото: НМУ имени А.А. Богомольца

Конечно, на поведение человека может повлиять острое или хроническое психическое заболевание. В основе зачастую лежит мощная стрессовая реакция на определенный внешний раздражитель. У нас же сейчас до 30% населения Украины считается психически больным.

– А какие факторы на это повлияли?

В первую очередь – война на востоке. Там уже шесть лет гибнут наши граждане, получают увечья, страдают. Оставшиеся в живых имеют посттравматическое стрессовое расстройство. ПТСРом считается так называемый «вьетнамский синдром», «корейский синдром», «афганский синдром», и наверное, есть уже и «украинский синдром».

Как пример, во время войны во Вьетнаме погибло примерно 57 тыс. американцев. После ее завершения в течение 10 лет совершили самоубийство 57 тыс. бывших участников боевых действий. Американские исследования показывают, что жены, мужья, дети, родители, внуки страдают от ПТСРа члена своей семьи. И даже описаны изменения психики у третьего поколения. Это все влияет на рост количества людей с психическими заболеваниями.

Плюс коронавирусная инфекция, которая вызывает депрессивные расстройства разной тяжести. Поэтому мы и наблюдем психические расстройства у 30% населения.

К этому можно также добавить стигматизацию психиатрии: обыватели боятся психических больных и психиатрии. В Англии к психиатру на консультацию приходит до 60% населения, а у нас – 2,6%. И что страшно, стигматизация наблюдается не только у рядового обывателя, но и у тех, кто отвечает за обеспечение психиатрии.

– Это был мой второй вопрос. Все помнят о сложной ситуации, в которой оказалась украинская психиатрия. Как вам удалось справиться?

В конце прошлого года нам сообщили, что в Национальной службе здоровья Украины разработаны пакеты по лечению больных. В них были терапия, хирургия, детская медицина и так

далее, но психиатрии не было. Зато имелся пакет по лечению наркомании с помощью заместительной терапии, то есть метадона. При этом о психиатрии напрочь забыли.

Мы собрали пленумы двух медицинских сообществ – Ассоциации психиатров Украины, которую возглавляет Семен Глузман, и Ассоциации обществ психиатров, наркологов, неврологов, медицинских психологов. Оба пленума прияли одинаковые решения: обратиться к президенту, главе Минздрава, главе профильного комитета ВР Михаилу Радуцкому и главе НСЗУ.

– Чего удалось добиться?

Мы написали официальные письма. Семен Фишелевич Глузман лично обошел все кабинеты. После этого в НСЗУ создали рабочую группу по вопросам психиатрии, куда включили и меня. Мы с коллегами пытались объяснить, какая критическая сложилась ситуация: ВОЗ считает, что во всем мире 14% населения психически больны. А в течение последних 3-4 лет различные исследовательские группы авторитетных зарубежных организаций, например МВФ и некоторые другие, дали заключение, что у нас был рост до 20%, а сейчас – до 30% населения.

В конце 2019 года состоялось совещание в НСЗУ с участием 6-8 психиатров, а остальные 15-20 были чиновниками от НСЗУ. Мы узнали, что психиатрию включили в пакет терапии, который предусматривает средства на лечение человека в течение двух недель. Но пациентов приходится лечить достаточно долго. Для того чтобы добиться качественной терапии депрессии, больного нужно лечить четыре недели. Ряд психиатрических заболеваний требует еще более длительного лечения. А куда деть социально запущенных, оторванных от жизни пациентов, от которых отказались родственники и их некуда выписать? А как быть с пациентами, которые находились в СИЗО, у них изменилось состояние, их привезли сюда, и они лежат по полгода, находясь под следствием? А кто будет платить за тех пациентов, которые находятся на принудительном лечении?

Нам пообещали выделить деньги на основе бюджета 2019 года. Но дали только 32,7% от того, что обещали. Мы посчитали и выяснилось, что хватает на зарплату 70% сотрудников, а 30% – мне нечем платить. Нам хватит на содержание больных на 40%, а 60% остается за бортом. Около 100 сотрудников уволили. Это были пенсионеры. Все работающие ежедневно на ставку врачи и медсестры, сестры-хозяйки перешли работать на 0,75% ставки. Я и мои заместители перешли работать на 0,6% ставки.

И так продолжалось пять месяцев. В мае у меня была встреча с министром, где также были Семен Глузман и Ирина Пинчук. Мы беседовали около двух часов, и так получилось, что из всех, кто принимал участие во встрече, практик был только я один, и я озвучивал основные проблемы. После этого меня несколько раз приглашали на эфиры телеканалов. Это показало изнанку стигматизации психиатрии, в частности. Потому что психиатрия финансируется по остаточному принципу. Как в любой больнице по остаточному принципу финансируется лаборатория, так в медицине – психиатрия.

Первую помощь нам оказал Киевский облсовет по программе «Помощь Киевщине». А затем мы получили от НСЗУ дополнительное финансирование.

– Как много сейчас у вас пациентов?

У нас сейчас загруженность чуть больше 50%. Отделения наркологические у нас не заполнены. Плановые поступления пациентов сократились из-за эпидемии COVID-19. Кроме того, раньше мы держали пациентов полтора-два месяца, потому что нам нужно было их пролечить. А сейчас мы вынуждены выпускать больных «сырых», через месяц после начала лечения.

– А если больной не выздоровел?

Улучшили состояние? Улучшили. И мы его выписали. А он через неделю у нас опять. А НСЗУ платит только за 4 поступления одного пациента на лечение. А нам бы его подержать два месяца, он бы дал ремиссию на полгода. Но НСЗУ больше месяца не проплачивает, говорят: «Можете держать за свой счет».

У меня семь больных, которые находятся под следствием. Совершил убийство или кражу и находится в СИЗО и там ведет себя неадекватно, его переводят к нам, и мы должны его лечить. Он может у нас находиться месяц, а может – год, и за него никто не платит. А это тяжелые и опасные больные. У меня из семи человек – четыре убийцы. Должна быть государственная охрана, но ее нет. Если доставляет СБУ – охрана есть, доставляет МВД – охраны нет. Есть только наша охрана от частной компании. У нас очень много вопросов, на которые нет ответов.

– Если вернуться к сезонным обострениям. С чем вы чаще всего сталкиваетесь?

У нас сейчас такое время, что опасаться нужно все время чего-то, и не обязательно психических больных. Но вот по некоторым данным растет количество преступлений, совершаемых психическими больными. Есть ученые, которые это опровергают, так как считают, что одинаково увеличивается преступность среди психически здоровых людей и не здоровых.

Но, наверное, психически больные совершают наиболее одиозные, дикие преступления. Я лично с этим сталкивался. Никогда не забуду случай: окончив мединститут, я работал в Брестской областной психбольнице. Как-то нас пригласили на осмотр в одно из сел, где было совершено групповое убийство. Это была бедная хата, даже без деревянных полатей, а с земляными. На них были брошены матрасы, одеяла. Семья там спала вповалку – мать и пятеро детей. Глава семейства в состоянии белой горячки им всем отрубил головы. Ему показалось, что это чудовище о шести головах и он всех убил. Вот такое жуткое убийство. Такие преступления совершают психически больные люди.

Некоторые психические заболевания, которые раньше назывались маниакально-депрессивными психозами, сейчас БАР (биполярное аффективное расстройство), обостряются весной и осенью.

– С чем это связанно?

Это связано с определенными гормональными нарушениями. Весной обостряются маниакальные состояния, а осенью чаще всего наблюдаются депрессивные. Это надо знать и помнить и родственникам, и самим пациентам. Вот осенью, примерно недели через две-три, к нам поступят больные с обострениями. Самое опасное их последствие – суицид.

– Много пациентов поступает?

Их число увеличивается на 20%. Но лучше попасть к нам, чем ждать, когда пациент себя убьет.

– То есть, осень – это сезон подавленных состояний. А весна – расцвет маниакальных. Есть признаки того, что человек близок к тяжелому состоянию?

– Если мы знаем, что человек болен, то учитываем сезонность и предупреждаем его и родных. Но если все было хорошо, а осенью человек стал уединяться, жаловаться на общую слабость, на головную боль, отсутствие сексуального влечения, все стало ему не мило, потерял аппетит и сон – это могут быть первые признаки сезонного обострения. Но каждый случай индивидуален, а психиатрический диагноз – это мозаика, состоящая из множества камешков, которые нужно увидеть. Опытный психиатр умеет видеть эту мозаику.

Читайте также: Алла Мироненко: “Одновременно заболеть гриппом и COVID-19 нельзя”

https://mister-blister.com/

Tags: Интервью, Медицина, Психиатрия, Убийства, Украина
Subscribe

Posts from This Journal “Психиатрия” Tag

Buy for 20 tokens
Украине, как обычно, о результатах сделки доложат впоследствии. Широко обсуждаемый кризис в отношениях США-Россия-ЕС, конечно, не ведет к реальной угрозе большой войны между этими странами. Просто потому, что любая, даже небольшая, война между ядерными державами очень быстро перерастет в…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments